В охваченном войной, а впоследствии запертым в кольцо блокады Ленинграде страдали не только люди. Под огнем снарядов не раз оказывался Ленинградский зоосад — уникальный оазис дикой природы. Взрывы снарядов приводили животных в ужас, а с началом блокады главной бедой стал голод. Но сотрудники зоосада бросили все силы на спасение своих подопечных: рискуя жизнью, успокаивали их во время бомбежек, добывали корм, когда сами едва стояли на ногах. Только благодаря их усилиям многие животные смогли пережить те страшные блокадные зимы.
Вывозу не подлежат
Ленинградский зоосад — один из старейших зоопарков России и один из самых северных зоопарков мира. К началу войны здесь была сформирована огромная коллекция животных — более 450 особей. Особым вниманием пользовались местные гиганты — бегемотиха Красавица и слониха Бетти.
Бэтти была настоящей знаменитостью. Она приехала в зоопарк в 1911 году, вместе с Красавицей, еще одним азиатским слоном и черным носорогом. Ухаживал за всей этой африканской группой служитель Василий Буряк.
«Он не только кормил животных, убирал в загонах, но и обучал своих питомцев различным трюкам. Посетители с удовольствием смотрели, как по его команде слониха ложилась на бок, давала забраться на себя верхом, качала Василия на хоботе. Самый известный ее трюк — выпрашивание монетки. Бэтти осторожно брала ее хоботом и передавала своему учителю», — рассказывает экскурсовод-методист, сотрудник Просветительного отдела Ленинградского зоопарка Светлана Антонова.
Когда началась война, животных было решено эвакуировать в Казань. Но вывезти всех было невозможно, поэтому власти города отобрали самых ценных. В список вошли 73 особи: среди них были львы, тигры, ягуар, гиены, белые медведи, тропические птицы, зебры, черный носорог, крокодил. Они покинули город 30 июня 1941 года.
Немногих оставшихся хищников ждала печальная участь. Нескольких волков, медведей и львов было приказано уничтожить, поскольку в случае разрушения клеток во время бомбардировок они могли оказаться на улицах и стать угрозой для горожан.
Бетти и Красавицу не смогли эвакуировать из-за их габаритов. В архиве сохранился приказ Ленинградского горисполкома, гласивший: «Слон и бегемот, ввиду трудности транспортировки и старости, не подлежат вывозу; в случае непосредственной опасности выхода на волю также подлежат уничтожению».
Судьба эвакуированных животных оказалась не менее тяжкой. В Казани их ждал холодный прием — в буквальном смысле.
«Здание, где размещались животные, было неотапливаемое. Не хватало корма. Сложно было с ветеринарным обслуживанием. Как могли, старались ленинградцы накормить и обогреть своих подопечных. Но все равно к сентябрю 1943 года осталось всего 25 животных», — говорит Светлана Антонова.
Когда страна вернулась к мирной жизни, директор зоосада Михаил Никонов настаивал на возвращении животных в Ленинград. Но никто из них так и не вернулся, а следы переписки между Никоновым и руководством Казанского зооботсада потерялись в пожаре.
Одни гибли от снарядов, другие — от ужаса
В первый же день блокады, 8 сентября 1941, зоосад содрогнулся от взрывов. «Рядом находились зенитные установки, неподалеку был завод, который производил военную продукцию — метили по ним. Кроме того, это было рядом с Петропавловской крепостью, которая тоже была стратегическим объектом», — объясняет пресс-секретарь Ленинградского зоопарка Анна Чугунова.
Во время ночной атаки одна из бомб взорвалась рядом со слоновником. Вскоре под грудой деревянных обломков нашли Бетти…
У многих животных от страха не выдерживало сердце. Заместитель директора по научной части Николай Соколов писал: «Содержавшийся в Зоосаду молодой тигр отличался повышенной чувствительностью. При обстрелах он проявлял сильное беспокойство, метался по клетке, прятался в темные углы и т. д. Этот тигр погиб при артиллерийском обстреле 26 сентября 1943 г., получив кровоизлияние в мозг».
Погибали животные не только от обстрелов — у многих от страха не выдерживало сердце. Вот что писал в своих заметках заместитель директора по научной части Николай Соколов: «Содержавшийся в Зоосаду молодой тигр отличался повышенной чувствительностью. При обстрелах он проявлял сильное беспокойство, метался по клетке, прятался в темные углы и т. д. Этот тигр погиб при артиллерийском обстреле 26 сентября 1943 г., получив кровоизлияние в мозг».
Обезьяны, заслышав даже отдаленную стрельбу из зениток, впадали в исступление. «Животные метались по клетке, подымались на верхнюю часть решетки и усиленно вглядывались, стараясь установить причину шума; если звуки выстрелов или разрывы приближались, то обезьяны приходили в неистовство, начинали метаться по клетке и громко кричать», — отмечал ученый.
Тем временем копытные млекопитающие переносили обстрелы довольно спокойно и даже с любопытством разглядывали воронки, образовавшиеся в земле после падения снаряда. Однажды в одну из таких воронок свалился бизон и никак не мог выбраться. У истощенных работников не хватало сил, чтобы вытащить несчастное животное. Тогда они пошли на хитрость: наскоро соорудили настил и насыпали сверху немного сена — привлеченный едой, бизон сам вышел на поверхность.
Евдокия и ее Красавица
Одна из самых трогательных историй, связанных с Ленинградским зоосадом, — это история бегемотихи Красавицы. Вот выписка из ее личной карточки: «Прибыла в 1911 году из Африки. Приметы: старейший экспонат Лензоосада. Отличается исключительной величиной. В 1939 г. германская фирма предлагала в обмен за Красавицу двух молодых бегемотов».
Красавица по праву считалась жемчужиной зоопарка и требовала особого ухода. Так, кожу бегемотов нужно постоянно увлажнять, иначе она быстро сохнет и трескается, образуются ранки, и животное может погибнуть от заражения крови. В мирное время Красавица почти все время проводила в своем личном бассейне, но в блокаду водопровод не работал, и воду приходилось носить с реки. Остро стоял и вопрос с питанием: каждый день Красавице требовалось 40 килограмм корма.
Вполне вероятно, что бегемотиха не смогла бы пережить блокаду, если бы не Евдокия Дашина — простая женщина из села, которая с детства ухаживала за домашней скотиной, а теперь взяла на себя заботу об экзотическом гиганте.
«Ежедневно Евдокия Ивановна обтирала Красавицу теплой водой. Вытирала ее, чтобы та не простудилась, и смазывала кожу камфорным маслом. Для этого она приносила с реки 400 литров воды», — делится Светлана Антонова.
Звуки обстрелов пугали Красавицу до дрожи. Едва заслышав гул снарядов, она спешно спускалась на дно высохшего бассейна и начинала жалобно стонать. Евдокия укрывала свою подопечную одеялом, ложилась рядом, обнимала и гладила ее шершавую кожу, говорила ласковые слова. Мало-помалу Красавица успокаивалась. Так они и лежали рядом: хрупкая женщина в валенках и огромный, испуганный зверь — символ милосердия и любви среди ужаса и смерти.
Красавица пережила блокаду и скончалась в 1951 году. Ей было больше сорока лет — весьма почтенный возраст для бегемота.
Тушки со жмыхом — главный деликатес
Едва ли не сильнее бомбежек по обитателям зоопарка ударила нехватка корма. С травоядными было чуть проще: даже в самые голодные времена для них удавалось найти сено, желуди, ягоды и другую пищу. «В ход шли опилки лиственных пород деревьев, — рассказывает Светлана Антонова. — Они разваривались до консистенции каши, в которую добавлялись отруби, жмых, семена и плоды деревьев, небольшое количество хлеба и овощи».
Сложнее всего обстояли дела с хищниками: они слабели и таяли на глазах. Но помогла хитрость: «Приходилось растительную смесь смачивать отваром старых костей или кровью. А для особо привередливых — начинять подобным составом старые шкурки, хранившиеся на складе», — говорит Светлана Антонова.
Обман сработал: запах крови привлекал хищников, и они набрасывались на шкурки, набитые травой и жмыхом, словно это было свежее мясо.
Остров надежды
К началу блокады в зоопарке насчитывалось более 200 животных. Первую блокадную зиму пережили лишь 115. Но даже в самые тяжелые дни жизнь здесь не замирала. «Коллекция зоосада постепенно пополнялась. Размножались грызуны, кролики, куры и павлины, лисицы и уссурийские еноты», — говорит Светлана Антонова.
Случилось пополнение и у пары гамадрилов. У ослабевшей самки не было молока, чтобы выкормить малыша. Помощь подоспела из близлежащего роддома: на молочной кухне, где в блокаду роженицам раздавали суррогатные смеси, детенышу обезьяны выделили ежедневную порцию молока. Вскоре он окреп и вместе со всеми встретил весну.
Летом 1942 года зоопарк открыл свои двери для ленинградцев. На изможденных лицах жителей впервые за долгое время появились улыбки. Да, кошмар еще не закончился, но зоосад вернул им ощущение, что мирная жизнь возможна.
Вторая блокадная зима принесла новые испытания, но справились и с ними. Победный май встретили уже более 250 обитателей зоосада. Так, благодаря самоотверженности сотрудников, которые ухаживали за животными, ветеринарных врачей и простых жителей была сохранена уникальная коллекция. Зоопарк же по сей день зовется Ленинградским — чтобы вечно жила память о том, как люди вместе с животными спасли в себе человечность.
